О роли психолога в уголовно-исполнительной системе
Одни находятся там по роду деятельности, другие – ввиду жизненных обстоятельств. Дмитрий Фаридович Шакиров, капитан внутренней службы, старший психолог психологической лаборатории колонии-поселения №7 УФСИН России по Смоленской области — один их тех, кто несет службу по ту сторону высокого забора. Ему осужденные доверяют свои переживания о будущем, делятся сомнениями, планами и фобиями…
![](https://selpravda67.ru/wp-content/uploads/2024/07/bMs-0OP40vc-1024x683.jpg)
ЗА «КОЛЮЧКОЙ»
— Дмитрий, расскажите, как вы пришли работать в УФСИН?
— Я окончил строительный колледж и находится в поисках работы. В это время знакомый, который работал в Управлении по конвоированию, предложил тоже прийти сюда. Здесь я нес службу 6 лет, был младшим инспектором. За это время заочно окончил Рязанскую Академию ФСИН России и прошел курсы переквалификации. Изучал пенитенциарную психологию, особенности психического состояния, поведения, личности и межличностных отношений осужденного. Тогда мне и предложили должность психолога в ИК-6 города Рославля. А с февраля 2024 года я психолог в колонии-поселении д. Верховье.
— Какими качествами, на ваш взгляд, должен обладать психолог, взаимодействующий с осужденными?
— Поскольку нам приходится общаться с людьми, которые имеют душевные травмы, высоки психологические нагрузки. Необходимо владеть методиками психокоррекции, уметь расположить к себе собеседника, обладать нравственными устоями. Также важно быть эмоционально стабильным и психологически устойчивым. И, конечно, готовность помогать людям, умение выслушать должны быть определяющими в профессии.
— В своей деятельности вы, вопреки закономерности, шли от сложного к более простому — начинали работать с рецидивистами, приговоренными к большим срокам, а теперь – с отбывающими наказания за нетяжкие преступления…
— Именно благодаря этому я и получил необходимый и профессиональный, и жизненный опыт, научился лучше разбираться в людях — едва начав диалог, уже понимаю, кто передо мной и на службе, и вне ее.
— Дмитрий, что входит в сферу обязанностей психолога и с какими сложностями приходилось сталкиваться?
— Это проведение тестирования с помощью различных методик, индивидуальная и групповая психокоррекция и работа, влияющая на психологическое и эмоциональное состояние: фильмы, лекции, индивидуальные беседы.
Что касается сложностей… В колонии постоянно большой поток людей, в неделю в учреждение поступают до 10 новеньких. И у всех за плечами свой нелегкий груз, и с каждым необходимо установить доверительные отношения, чтобы для попавшего в непривычные для себя условия (чаще всего!) человека этот период жизни прошел без последствий для его психики и не повлиял на будущее.
Вся работа психолога направлена на анализ и коррекцию поведения. То есть изучаем, что побудило совершить преступление, как человек это переживает, какие уроки выносит из ситуации и так далее.
Есть и работа по запросу (когда осужденный обращается за консультацией). Чаще всего это были истории про то, что в семье что-то случилось. Если кто-то у осужденного умирал из близких родственников, то нашей задачей было сообщить ему об этом. Бывало, что осужденных что-то тревожило и они приходили с этим.
— А если осужденный не хочет общаться с психологом?
— Бывало и такое. У них горькая судьба и говорить о прошлом – больно. Либо люди просто стесняются. С такими «отказниками» (их процентов 10) в обязательном порядке проводятся мотивационные беседы.
ЧТОБЫ СОВЕСТЬ НЕ МУЧИЛА
— Бывало ли вам жалко осужденных?
— Нет. Еще в учебном центре один из преподавателей сказал, что мы должны жалеть не преступника, а потерпевшего. Я анализировал эту фразу. Психология человека такова, что, даже совершив противоправные действия, он начинает себя оправдывать, чтобы совесть не мучила. И все сказанное отбывающим наказание нужно просеивать через несколько «сит». Стараешься выстраивать свою картинку, пытаясь понять, как все на самом деле могло произойти.
Проводя тестирования с вновь прибывшими осужденными, я всем задавал один и тот же вопрос: «Все вы оказались здесь неслучайно. Была ли на жизненном пути такая развилка, где вы четко понимали: если поступлю так, то окажусь в колонии?» Многие ответили утвердительно. И после этого отпадает желание кого-то жалеть – все люди взрослые и четко понимают, что определенные действия подпадают под статьи уголовного кодекса.
В тестах для осужденных есть вопросы такого типа: «Человек, который оставляет свои вещи без присмотра, виноват ровно столько же, сколько и тот, который эти вещи похищает?» И часто отвечают «да». То есть они даже не берут ответственность за то, что сделали.
— Вы сказали, что работаете и с сотрудниками? С какими вопросами они обращаются?
— Работа с сотрудниками – одно из основных направлений нашей деятельности. Начинается она с приема на службу кандидата. Конечно, он должен быть не только физически здоров, но и психологически устойчив. Затем мы осуществляем его психологическое сопровождение в период испытательного срока. Далее проводим тестирование при назначении на должность, а затем — и при повышении по карьерной лестнице. В процессе службы психологи читают лекции с целью повышения профессиональной психологической компетентности личного состава, проводят индивидуальные консультации по личным и профессиональным вопросам, беседы по результатам диагностики. При необходимости осуществляется психокоррекционная и психопрофилактическая работа.. Ежегодно проводится исследование социально-психологического климата в коллективах сотрудников, на основании чего готовятся рекомендации руководящему составу по его улучшению. А сами сотрудники могут обратиться к нам как с вопросами, касающимися службы, отношений или проблем в коллективе, так и по личным (семейным) темам, например, конфликты в семье, недопонимание с детьми-подростками и так далее.
— Дмитрий, не бывает ли у вас страха за личную безопасность?
— Нет, в основном осужденные ведут себя спокойно и доброжелательно.
— Есть ли у людей, которые совершают всевозможные преступления разной степени жестокости, свои отличительные черты, образ и стиль мышления?
— Все люди разные. К примеру, мошенники в большинстве своем с юмором и коммуникабельные. Осужденные по статьям за насильственные преступления очень жалостливы к себе, потому что у них неразвитая эмоциональная сфера. Они умеют завоевать интерес и доверие ребенка, но не взрослого. Те, кто отбывал наказание за убийство, были чаще всего импульсивными людьми, взрывными.
— Как вы вычисляете человека, которому нужна ваша помощь?
— Хорошо, что у нас есть возможность увидеть отбывающего наказание не только у себя в кабинете, куда они могут прийти в «маске» безразличия или показного спокойствия, но и в отряде, клубе, столовой. Видишь их быт, то, как они ведут себя в непринужденной обстановке. Изучаешь поведение, черты характера, что также помогает составить психологический портрет человека.
О том, что осужденный находится в подавленном состоянии, могут сказать сотрудники или даже другие осужденные. Причиной этого может быть какая-то весть от родных. Часто семья — это единственное, что держит осужденного в жизни. А когда близкие отворачиваются, семьи распадаются (не все готовы ждать) теряется связь с внешним миром. Бывает некому высказаться или не получается пообщаться с кем-то из родственников, кто-то не смог приехать на свидание, осужденный огорчился, после чего пришел к психологу и обозначил свою проблему. А к кому он еще пойдет? Не обо всем расскажешь «товарищу» по отряду.
Бывает, что человек теряет смысл жизни. Так происходит, например, когда есть зависимость, болезнь или он попросту одинок. В этих ситуациях хорошо настроить человека на помощь другим.
Уже после освобождения многие приходили и говорили, что им помогали наши тренинги, во время которых они могли переключиться, отвлечься, забывая на время, что находятся «за колючкой».
![](https://selpravda67.ru/wp-content/uploads/2024/07/n5KSOnEPgPo.jpg)
ПРЕСТУПЛЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ
— Дмитрий, всего полгода вы служите в колонии-поселении в д. Верховье. За какие преступления отбывают здесь наказание?
— В нашу колонию направляются осужденные за преступления, совершенные по неосторожности и ранее не отбывавшие лишение свободы, а также впервые осужденные за совершение умышленных преступлений небольшой или средней тяжести. Это в основном кражи, невыплата алиментов, нарушение правил дорожного движения и так далее. Лимит наполнения учреждения – 70 человек.
— Одна из целей и задач психолога — сделать так, чтобы человек после отбытия наказания смог адаптироваться к обычной мирной жизни. Но многие все равно возвращаются за решетку. Как думаете, почему случаются рецидивы?
— Это задача всей системы, чтобы человек после освобождения не возвращался в колонию. В течение всего процесса отбывания наказания проводятся психологические мероприятия, направленные на осознание ошибок и корректировку жизненного пути осужденного. Чтобы человек после мест лишения свободы смог адаптироваться к обычной законопослушной жизни, его активная подготовка к этому начинается за полгода до освобождения – с осужденным проводятся необходимые мероприятия. Но как человек пройдет этот процесс и насколько он осознал свои ошибки, находясь в местах лишения свободы, зависит только от него самого. Специалисты исправительных учреждений делают все от них зависящее, чтобы осужденные впоследствии не совершали повторных преступлений.
О ЛЮБВИ, ТЮРЕМНОЙ РОМАНТИКЕ И НЕ ТОЛЬКО…
— Ждули, заочницы — так себя называют женщины, которые связали свою судьбу с осужденными. Что, по вашему мнению, заставляет их искать счастье среди сомнительной категории представителей сильного пола?
— Психологический портрет этой женщины выглядит примерно так: возможно, она уже была замужем, и не раз, имеет детей, разочаровалась в мужчинах, у нее недостаток общения и внимания, часто нелюбимая работа. На сайте знакомств завязывается общение с мужчиной, который предлагает ей встретиться. Он говорит, что осужден «ни за что». Она верит и держится за этот шанс стать счастливой. И надеется, что в дальнейшем ее жизнь сложится благополучно.
Считаю, что женщины осознанно на это идут, некоторые понимают всю степень риска и возможного разочарования. Здесь присутствует тюремная романтика, в которой, безусловно, для них есть приятные моменты и обоюдная выгода: у нее — надежды, у него — женское внимание, когда раз в три месяца она приедет на свидание и привезет что-то вкусненькое.
— Как часто такие истории имеют счастливый конец?
— Помню, освобождался один парень. Он сменил город, компанию, работу, а привычка к алкоголю осталась и вновь привела его на скамью подсудимых. На сайте он познакомился с женщиной и после освобождения создал семью.
Какие бы ни были осужденные, они хотят иметь рядом родных людей, стабильность.
О ПРОФВЫГОРАНИИ
— Вам по долгу службы приходится контактировать с особенной категорией людей. Не возникает ли чувство, что уже начинаешь с недоверием относиться к окружающим?
— Безусловно, места лишения свободы меняют людей. Бывшие осужденные рассказывали, что новые знакомые легко вычисляли их прошлое по отдельным фразам, и им приходилось отвыкать от жаргонизмов. И у некоторых сотрудников правоохранительных органов легко «читается» принадлежность к службе. Если ты служишь долго, может происходить определенная деформация. Но у меня есть правило: работу оставляю на работе. И стараюсь чаще общаться с приятными творческими людьми.
Еще одно золотое правило: работа должна нравиться. Мне моя работа нравится. Она помогает развиваться и расти профессионально.
— Как вы отдыхаете?
— Люблю велосипедные прогулки, туризм, кемпинг, ездим семьей (у Дмитрия жена, дочь и маленький сын) на Десногорское водохранилище. Общение с природой помогает перезагрузиться.
— Говорят, что каждому психологу нужен психолог. Бывает ли нужна психологическая помощь вам самому?
— Если мне требуется помощь, обращаюсь за поддержкой к своим коллегам-психологам.
Елена ТРУФАНОВА